1245

22 годовщина отмены криминализации гомосексуальности в Украине


Сегодня,12 декабря 2013 года, исполнилось 22 года с отмены уголовного преследования гомосексуалов в Украине.

22 годовщина отмены криминализации гомосексуальности в Украине

Сейчас мало кто помнит, что одним из первых решений властей независимой Украины стала отмена уголовной ответственности за гомосексуальность. Это произошло через две недели после референдума о независимости. Еще формально исполнял свои обязанности президент СССР Михаил Горбачев, в других республиках еще действовали «антигомосексуальные» нормы законодательства.

В этот день, 12 декабря 1991 года, Верховная Рада Украины приняла закон, отменяющий уголовную ответственность за добровольные гомосексуальные отношения.

Украина отменила уголовное наказание за гомосексуальность первой из республик бывшего СССР.

Уголовная ответственность за «мужеложство» появилась в Советском Союзе в сталинские времена. 17 декабря 1933 года было опубликовано Постановление ВЦИК, ставшее 7 марта 1934 года законом (статья 154а Уголовного кодекса РСФСР, в позднейшей нумерации — статья 121), в соответствии с которыми введена уголовная ответственность за добровольные половые сношения мужчины с мужчиной. Вскоре эта норма вошла в уголовные кодексы всех советских республик.

В советском уголовном праве «мужеложство» относилось к преступлениям против личности и наказывалось лишением свободы сроком до пяти лет, а при отягчающих вину обстоятельствах (например, при совершении «мужеложства» с несовершеннолетними) — на срок до 8 лет.

В первых версиях уголовного законодательства РСФСР ответственность за гомосексуальность отсутствовала.

Как показывают новейшие архивные исследования, инициатором введения уголовного преследования за мужеложство было ОГПУ. В сентябре 1933 года была проведена первая облава на лиц, подозреваемых в «мужеложестве», в результате которой арестовано 130 человек, подозревавшихся в гомосексуальных связях. В докладной записке заместителя председателя ОГПУ Генриха Ягоды Сталину сообщалось о раскрытии нескольких групп в Москве и Ленинграде, которые занимались "созданием сети салонов, очагов, притонов, групп и других организованных формирований педерастов с дальнейшим превращением этих объединений в прямые шпионские ячейки... актив педерастов, используя кастовую замкнутость педерастических кругов в непосредственно контрреволюционных целях, политически разлагал разные общественные слои юношества, в частности рабочую молодежь, а также пытался проникнуть в армию и на флот«[3]. На документе Иосиф Сталин пометил: «Надо примерно наказать мерзавцев, а в законодательство ввести соответствующее руководящее постановление».

3 декабря 1933 года Ягода пишет в Кремль: «Ликвидируя за последнее время объединения педерастов в Москве и Ленинграде, ОГПУ установило:

«Существование салонов и притонов, где устраивались оргии.

Педерасты занимались вербовкой и развращением совершенно здоровой молодежи, красноармейцев, краснофлотцев и отдельных вузовцев. Закона, по которому можно было бы преследовать педерастов в уголовном порядке, у нас нет. Полагал бы необходимым издать соответствующий закон об уголовной ответственности за педерастию».

Политбюро почти единогласно это предложение одобрило. С особым мнением выступил лишь Калинин, высказавшийся «против издания закона, а за осуждение во внесудебном порядке по линии ОГПУ». Тем не менее закон издали, но дела гомосексуалов стали рассматриваться ОГПУ тайно и «во внесудебном порядке», как политические преступления.

Одновременно с этим в советской прессе была развёрнута общественно-политическая кампания против гомосексуальности. Так, Максим Горький на первых полосах газет «Правда» и «Известия» 23 мая 1934 года в статье «Пролетарский гуманизм» называет «гомосексуализм» «социально преступным и наказуемым» и говорит, что "уже сложилась саркастическая поговорка: "Уничтожьте гомосексуализм — фашизм исчезнет!«".[4] В январе 1936 года Нарком юстиции Николай Крыленко заявляет, что «гомосексуализм — продукт морального разложения эксплуататорских классов, которые не знают, что делать». Доклад Наркома обосновывал целесообразность уголовного преследования за мужеложство, привлекая риторические приёмы гетеросексизма: "В нашей среде, господин хороший, тебе не место. В нашей среде, среде трудящихся, которые стоят на точке зрения нормальных отношений между полами, которые строят своё общество на здоровых принципах, нам господчиков этого рода не надо«.[5] Позднее юристы и медики в СССР рассуждали о гомосексуальности как о проявлении «морального разложения буржуазии».

Практика применения

В целом ряде судебных процессов и «чисток» советского аппарата в 1934–1935 гг. обвинения в шпионаже и контрреволюционном заговоре тесно переплетались с обвинениями в гомосексуальности, причем отличить первичные обвинения от вторичных весьма затруднительно. Например, дело заведующего протокольной частью Наркомата иностранных дел Д. Т. Флоринского (лето 1934 г.) позволило ОГПУ «очистить» Наркоминдел как от скрытых гомосексуалов, так и просто от неугодных дипломатов, назначенных при Г. В. Чичерине. Нарком внутренних дел Н. И. Ежов был казнён в феврале 1940 года, мужеложство было далеко не главным пунктом обвинительного заключения по его делу.

По мнению канадского историка Дэна Хили, в 1970-е годы людей, своим поведением и взглядами неугодных власти, в ряде случаев считалось удобным и выигрышным осудить по 121-й антигомосексуальной статье Уголовного кодекса, которая стала использоваться как «упаковка» для борьбы с политическим инакомыслием.

Движение за отмену статьи

В период правления Леонида Брежнева ряд деятелей науки и медицины стали открыто выступать за отмену 121 статьи. Так, в учебнике уголовного права Михаила Шаргородского и Павла Осипова (1973 год) говорилось:

«В советской юридической литературе ни разу не предпринималось попытки подвести прочную научную базу под уголовную ответственность за добровольное мужеложество, а единственный довод, который обычно приводится (моральная развращенность субъекта и нарушение им правил социалистической нравственности), нельзя признать состоятельным, так как отрицательные свойства личности не могут служить основанием для уголовной ответственности, а аморальность деяния недостаточна для объявления его преступным. ... Существуют серьёзные сомнения в целесообразности сохранения уголовной ответственности за неквалифицированное мужеложество».

В 1979 году специалист в области половых преступлений профессор Алексей Игнатов направил руководству МВД СССР записку, в которой также обосновывал необходимость отмены 121 статьи.

На совещании учёных-сексологов социалистических стран в Лейпциге в 1981 году известный сексолог из ГДР Зигфрид Шнабль поднял вопрос о антигомосексуальном законодательстве и его недопустимости (на тот момент только в 2 странах соцлагеря в УК имелись подобные статьи — в республиках СССР и Румынии).

В 1982 году статью по этой теме безуспешно пытался опубликовать в журнале «Советское государство и право» известный советский сексолог Игорь Кон.

Общее число осуждённых в СССР по данной статье УК точно неизвестно. В 1930–1980-х годах по ней ежегодно осуждались и отправлялись в тюрьмы и лагеря около 1000 мужчин. В конце 1980-х их число стало уменьшаться.

По материалам Википедии

Підписуйтесь на Telegram канал @lgbtorgua

Подписывайтесь
на наши аккаунты